На русский язык наконец-то перевели знаменитую «биографию» Шарлотты Бронте авторства романистки Элизабет Гаскелл – и романистки здесь ключевое слово – хотя надо было бы, перефразируя известную фразу из «Гарри Поттера», сказать: “After all this time? NEVER!”. Элизабет Гаскелл, несомненно, была подругой Шарлотты и отлично ее знала. И именно поэтому, когда Шарлотта умерла, Гаскелл решила защитить ее честь и репутацию, представив Шарлотту, а заодно и всех ее сестер эмоционально нестабильными истеричками, вдохновение которым надуло в головы сквозняками с торфяных болот и черным-черным детством с чахоточным привкусом отчаяния.

Чтобы понять, зачем Гаскелл из нормальных девушек с богатой фантазией сделала страдалиц-мистиков, которые в полночь под луной жрали вереск пополам со стихами, поклонялись ростовой фигуре отца-тирана и волокли на себе вину за брата – алкоголика и блудомана, нужно понимать определенные условности викторианского общества и то, каким человеком была сама Шарлотта Бронте. Тут мне стоит, пожалуй, сразу отослать всех к замечательной работе Лукасты Миллер, которая называется The Brontё Myth. В этой книге Миллер не старается выстроить какую-то биографию сестер Бронте, а последовательно – с доказательствами, документами, цитатами и проч. – показывает, откуда взялся миф о сестрах Бронте, как о беллах суонн с йоркширских пустошей. Как они в девятнадцатом веке стали сумасшедшими мистиками, а в двадцатом – нимфоманками, которые сливали в литературу подавленную сексуальную энергию и – в случае с Эмили – еще и анорексичной лесбиянкой.

 

The Bronte Myth_Miller

 

Но вернемся к викторианской эпохе. Напомню, что свои произведения сестры публиковали под мужскими псевдонимами. И совсем не потому, что, как принято думать, под женскими их бы никто не напечатал. Просто мужской псевдоним давал большую свободу действий и был более коммерчески выгодным. Ты мужик? Супер, пиши, пожалуйста, хоть про призраков, которые стучат в окно и просят их впустить, хоть про эротико-электрическую связь – все равно по большей части мысленную – учителя и ученицы, да хоть ты про секс пиши (в рамках льюисовского «Монаха», конечно: «Обнажилась грудь, сверкнула молния и Сатана завладел его душой»). Сестры Бронте могли сколько угодно публиковать свои странные, не по-викториански эмоциональные и брызжущие литературной инаковостью произведения под мужскими псевдонимами – и им бы никто и слова не сказал. Тогда были хорошие времена, викторианские духовные скрепы насчет гендерности были примерно такими – мужчина – это одомашненное животное, не подстрижешь ему гриву, так он выдернет из-за пояса фаллический символ, сбежит на войну и не дай бог там с кем-нибудь подерется. Другое дело женщина – взялась уж писать романы, так пиши их как миссис Гаскелл, чтоб девы были кроткими аки горлицы, и обличай какой-нибудь, например, индустриализм. Разумеется, многим на духовные скрепы было наплевать,  например, вот писательница Джордж Элиот хоть и печаталась под мужским псевдонимом, в остальном плевать хотела на общественные стереотипы – жила себе во грехе с издателем и всю жизнь старалась преодолеть в себе унылого морализатора). Но Шарлотта Бронте была не такой. Она вообще была, я думаю, очень несчастна. Ей хотелось свободы, ей хотелось творчества, ей хотелось быть собой, Шарлоттой – и ей хотелось общественного одобрения. Поэтому – мужские псевдонимы. Поэтому – правка стихов Эмили. (Когда Эмили умерла, Шарлотта переиздала ее стихи, значительно их переписав в сторону слабоумия. В предисловии она представила Эмили несчастной мятущейся душой, которая в свободное время любила побродить по пустоши в ожидании того, пока на нее голубем – или лебедем – снизойдет вдохновение. На деле же Шарлотта до смерти боялась, что кто-то решит, что ее сестра, будучи в здравом уме и твердой памяти, писала такие страстные – неженские – стихи. Ей за сестру было стыдно, понимаете?).

Поэтому же, когда Шарлотта приехала в Лондон и познакомилась с миссис Гаскелл, она не смогла ей сказать – знаешь, Лиз, мы вообще нормальные девчонки, просто большие фантазерки. Шарлотте хотелось быть интересной. Поэтому она начала кормить Гаскелл литературой. Там добавит чувства, там представится страдалицей, там намекнет, что жизнь их тяжела. Гаскелл, понятно, это все ела за маму, за папу и тетю Августу.

Поэтому, когда Шарлотта умерла, Гаскелл схватилась за возможность написать ее биографию. Биография обещала стать романом. Но когда Гаскелл приехала в Йоркшир, на родину Бронте, то с ужасом обнаружила, что концы-то и не сходятся. Дом стоял не на вересковых пустошах, а вовсе посреди оживленной улицы. Папаша Бронте был не мрачным мудаком, а тихим и бесцветным священником. Брат пил, сестры мерли – это да, но при всем при этом, выяснилось, что сестры и повеселиться любили, и в гости сходить, да и вообще не только страдали и плакали, но и вели насыщенную жизнь. Думаю, в этот момент Элизабет Гаскелл несколько поседела. Настоящая и невыдуманная история сестер Бронте для нее означала две вещи:

1) на роман это не тянет,

2) ее подружка Шарлотта посмертно опасносте, что скажут люди, если узнают, что она была нормальная, когда все это писала. Ей, может, еще и сексом заниматься хотелось?

Поэтому Гаскелл вздохнула и взялась за перекраивание рассказок Шарлотты в некую нарративную структуру. Передвинула дом к пустошам, городок сделала унылым и мрачным (настолько унылым, что жители потом подали на нее в суд и второе издание биографии Гаскелл потом пришлось править), вытащила на свет божий какие-то сплетенки, подрисовала Эмили рога, начатые Шарлоттой.  Роман вышел —  загляденье, только назывался он биографией. Сестры Бронте были талантливыми, но провинциалками – в том плане, что в обществе не блистали, знакомств не заводили, а все, кто и знал их в Лондоне, был досыта закормлен байроническими россказнями и намеками Шарлотты. Поэтому изящные готические выкрутасы миссис Гаскелл были не только приняты за правду, но и долгое время оставались единственным источником сведений о трех сестрах.

Я думаю, Шарлотте Бронте книга бы понравилась. Она делала ее интересной. Она делала ей – несчастной. Она и была несчастной, но одно дело страдать от собственной глупости – например, выйти замуж за недалекого человека и забросить в угоду ему литературу (мы все помним, почему Шарлотта так и не дописала «Эмму Браун» — Николс сказал, что это чушь и лучше бы ей это все оставить), и другое дело — страдать качественно, красиво, лежа под луной на восхитительно английских пустошах, возвышая себя до уровня древнегреческого поэта, на которого тяжкой ношей, гибельным божественным даром обвалился сверху талант, придавил его – жалкого человечишку – к земле, выдавил ему сердце и наполнил грудь страданием.

Поэтому, если вам хочется почитать про жизнь сестер Бронте так, как если бы это был голливудский байопик, то «биография» миссис Гаскелл к вашим услугам. Если же хочется знать, как оно все было на самом деле, рекомендую работу Лукасты Миллер.

Луну выключает на раз.

 

 

Written by BiggaKniga

9 комментариев

Майя

Скажите пожалуйста, Настя, понимаю, что вопрос не в тему и все же не могу не задать. А вы любите «Грозовой перевал»?
А стихи Эмили, вы их читали, они хороши? Я все равно не ухвачу, даже если возьмусь, для поэзии иной уровень владения языком потребен, чем есть или когда-нибудь будет у меня.

Reply
BiggaKniga

Боюсь, что тут я вам не помощник. С поэзией у меня в целом проблемы, это мертвая зона, не понимаю ее и все тут. А что до «Грозового перевала» — да, читала, конечно, очень давно правда и чувства у меня самые смешанные. Это великий роман, но полюбить его я так и не полюбила, но я вообще team Austen.

Reply
snezhart

Над словами «на которого тяжкой ношей, гибельным божественным даром обвалился сверху талант» смеялась до слез. Спасибо вам за чудесный пост! :)

Reply
Marina Sidorenko

Читаю ваши обзоры в упоении,отдельные места зачитываю вслух.Вы чудесно пишете,очень тонко и остроумно. А не встречалась ли вам книга Лоры Роулэнд » Невероятные приключения Шарлотты Бронте»? Типа,боевик?

Reply
BiggaKniga

Спасибо. Встречалась, но я ее так и не прочла, я на тот момент перестала заниматься жанровой неовикторианской литературой и решила, что с меня хватит.

Reply
Мух

От ваших статей сплошное удовольствие! (причём даже если ты сам не шибко в теме) Остроумие прямое, подстрочное и межстрочное, в ассортименте))) Пишете сказочно! Спасибо за настроение)

Reply

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *