Понимаете, у меня есть мечта. Как и в любой полнокровной мечте, в этой — нет ничего особенного. Ну, то есть, она не о завоевании мира, например (блин, а что делают люди, когда завоевывают мир, вот интересно? Садятся такие, переводят дух и — ееее, на «Почте России» можно без очереди пройти!), а куда проще. Я хочу уехать летом на дачу и читать там книги. Ситуация несколько осложняется тем, что у меня нет ни лета, ни дачи и мое чтение разграфлено обедами и переездами в метро. Поэтому где-то внутри меня сидит эйдетический, скорее всего, образ, который со стороны, я полагаю, выглядит донельзя пенсионерским: кресло-качалка, куст чего-нибудь кустистого, невидимая сила, которая меня кормит, и часы, часы, часы золотого и беспрерывного чтения.
В связи с этим, боюсь, у меня выработалось довольно стереотипическое отношение к летнему чтению, и оно все с оттенком той несбывшейся дачи и без проникающих ранений в душу, хотя вот буквально на днях The Millions выложил чудный список тяжелого во всех смыслах летнего чтива, где есть и Янагихара, и почему-то «Щегол», хотя «Щегол» как раз весь летний и золотой от любви и надежды, и вечности, но я пока не достигла такой степени просветления и от летних книг жду по-прежнему легкости, приятности и общего чувства куриного бульона, в котором не будет плавать никаких кружочков застывшего жира.
Я в целом очень люблю комфортные книги, книги, в которых выключен интернет (замечу в скобках, в рамках опять же своей нон-стоп программы «Есть ли у вас пять минут, чтобы поговорить о Донне Тартт», что книги Тартт еще и потому так хорошо приживаются на эмоциональном уровне, потому что там нет всплывающих уведомлений мессенджера и стоит осязаемая, слышная тишина, каким-то образом добравшаяся до нас из 1850 года, когда людей ты слышал, а не читал и всегда, если что, мог книгу закрыть от них поплотнее как форточку) и где время еще отмеряется большими кусками, а не поминутной дрожью смартфона, где это время — дачное, каникулярное. Поэтому я быстро набросала свой список любимых летних книг, где время течет и падает так, как ему и положено, неслышно, но щедро, и буду рада, если вы присоедините к этому списку свои летние книги.

новый коллаж1

Far from the Madding Crowd by Thomas Hardy («Вдали от обезумевшей толпы») — Томаса Харди легко себе испортить, например, при помощи его же «Тэсс», где какая-то ощутимая беспросветность к концу книги только густеет и прокисает вместе с читателем, но вот в более ранних его романах еще много солнечного света и приятной — без няшности, правда — сельскости. Это дивный мир косцов, пастухов, фермеров и любви, плотной и слезящейся как свежевзбитое сливочное масло на срезе. Вирсавия Эвердин — да, это любимый роман Сьюзан Коллинз, и Катнисс Эвердин получила фамилию предприимчивой и отважной, но не слишком сметливой в сердечных делах юной фермерши — в самом начале книги запуталась в трех разномастных ухажерах, но путем проб и ошибок, под звуки покоса и сбора урожая, она найдет свою настоящую любовь. Роман еще и приятен тем, что тут все главные фигуры — необычайно крепкие, необычайно живые и в хорошем смысле крестьянские, и даже если кто-то и поддастся любовной меланхолии, то все равно очнется от нее ровно в тот момент, когда нужно будет задать поросятам.

The Pursuit of Love by Nancy Mitford («В поисках любви») — обложка русского издания выглядит так, будто под ней скрывается мускулистый секс, которому не страшна ни свадьба, ни обоюдный варикоз, но, по счастью, к любовным романам эта книга никакого отношения не имеет. Одна из знаменитых сестер Митфорд написала чрезвычайно округлый и нужный нам всем роман, где вудхаузовская бойкость сочетается с вдруг с общей оглушительностью, которая свойственна всей английской литературе, когда шутки, ужимки и несерьезность английских флапперш вдруг выкристаллизовываются в какую-то саднящую тоску по ушедшему миру. Этот роман начинается как и многие английские романы — с дурацкой и шумной семьи, которая то и дело с треском съезжает по перилам приличий, а заканчивается вдруг затишьем после войны и окуклившимися судьбами, и если бы не ладный британский юмор, который в своей вечности и действенности похож на то самое каникулярное время, можно было бы заметить, как из романа — бочком в будущее — вылезают Макьюэн и Аткинсон и отряхиваются прямо нам в душу.

Mrs Dalloway by Virginia Woolf («Миссис Дэллоуэй») — об этом романе уже много чего сказано, мне же останется только добавить, что книга эта — настоящий, полноценный июньский день, и нет, наверное, никого лучше Вулф, кто мог бы так легко и ненатужно ухватить и солнце, и дорогу, и цветы, и воспоминания о другом лете. Вулф хороша именно ощутимостью своей прозы: все люди живые, все мысли — настоящие, весь текст скручен в рыхлый, бестолковый комок, очень похожий на жизнь, где нет ни смысла, ни ровных линий, ни начала, ни конца, и вот она выхватывает эту жизнь отдельными бликами: то охапка цветов, то тянущие ко дну камни на душе.

North and South by Elizabeth Gaskell («Север и юг») — еще один крепенький и всем нам нужный викторианский роман, без которого трудно пережить лето, хотя бы потому что юг Англии — цветущая и зеленая родина героини романа, Маргарет Хейл — сама квинтэссенция лета, и так контрастирует с севером Англии, куда ей с родителями пришлось переехать. Миссис Гаскелл прилежно пытается рассказать в романе и о тяжелой доле рабочих, и передать какое-то общее, гнетущее, сырое чувство большого промышленного города, но там такой мистер Торнтон (донельзя усиленный в экранизации Ричардом Армитиджем), что весь роман невольно сводится к приятному читательскому ожиданию того, когда он уже покорит гордую и невозмутимую мисс Хейл и они от обмена эмоциями и ладными речами перейдут к свадьбе.

The House of Mirth by Edith Wharton («В доме веселья») — наверное, по тональности это не совсем летний роман, к концу в воздухе заметно повисает какая-то невыносимость, и судьба Лили Барт вдруг становится читателю ближе своей собственной, но я считаю этот роман летним за его, не знаю, невинность, что ли. Он настолько из другого времени, что даже сложная судьба героев вдруг кажется окрашенной в какие-то розовато-закатные цвета ушедшей литературы: здесь еще живы рассуждения о том, стоит ли выходить замуж по любви или нет, и как не потерять себя, и как жить так, чтобы было не стыдно, и нынче это все кажется таким нестрашным, таким роскошным поводом к размышлению, что и весь роман подходит только для тех случаев, когда ты богат, и богат тем самым ленивым, не расписанным по минутам временем.

«Чалыкушу», Решат Нури Гюнтекин — я всегда думала об этом романе как о турецкой версии «Джен Эйр», хотя, надо сказать, что он куда здоровее английской подавленной страсти, кое-как упиханной старшей сестрой Бронте под одну обложку вместе с рассуждениями о свободе и долге. Несмотря на то, что вся книга, если вдуматься, составлена из каких-то довольно мрачных сцен: странное положение работающей турецкой женщины, война и смерть, мерзкие общественные предубеждения, измена, неприкаянность, все это как-то не обвисает в чернотную депрессию и бубнеж кладовщицы, которая подсчитывает невзгоды и уговаривает читателя съесть еще ложечку говна, которое заставит его задуматься. («Зато полезно!») Видимо, все дело в том, как там описана Турция — до невозможного ярко, так что даже нищая Анатолия выкручена до резкости мечты. И столько там вообще всего такого, чего не бывает в более серенькой и тихой европейской прозе — я помню, что читала эту книгу в детстве, конечно же летом, конечно же, у бабушки — читала по кругу и оттуда так и выскакивало что-то совсем, совсем живое: желтые цветы, качели, святой Зейни-баба, кипарисы и шейхи, и гюльбешекер.

новый коллаж2

The Cider House Rules by John Irving («Правила виноделов» или «Правила дома сидра») — это вот для любителей толстых романов немножко в духе «Дэвида Копперфильда» и Диккенс здесь присутствует с самой первой строки, потому что это история сироты Гомера Уэллса, которому в жизни, возможно, повезло больше, чем Дэвиду, а возможно — и больше, чем кому-либо. Я всегда люблю а) романы, в которых долго, подробно и обстоятельно рассказывается о жизни героя, с колыбели и до ходунков, в таком духе, знаете, чтоб «Авраам родил Исаака», потому что к тому моменту как рождаются все Исааки, ты уже прожил с Авраамом полкниги и с ним сроднился, б) романы с производственной начинкой и в) романы, в которых, кажется, навсегда застыло какое-то одно время года, и чаще всего сделало это красиво. Так вот, все эти три пункта сошлись в романе Ирвинга: детей тут даже больше, чем Авраамов, потому что дело тут большей частью происходит в сиротском приюте — для разнообразия это хороший сиротский приют, с добрым доктором и милыми сестричками, которые не видят в каждом ребенке объект для непременного растления, а любят детей старомодной любовью, вытирают им носы и читают на ночь Диккенса. Производственность здесь самая разнообразная — от ловли крабов до повивания младенцев, от выращивания яблонь до приготовления сидра, и яблоки с сидром отвечают как раз за тот самый вечный дух лета, которое здесь всегда и до последней страницы не скатывается в осень.

Three Bags Full by Leonie Swann («Гленнкилл») — летом, конечно, никак нельзя пройти мимо детектива, где расследованием дела об убийстве пастуха занимаются его овцы. Автор романа — немка, но действие происходит в Ирландии, и Ирландия эта, конечно, несколько воображаемая и очень романтическая, с зелеными лужайками, вековыми камнями и голубым небом, но для отпускного чтения это даже допустимо. Ну и кроме того, вообще не очень понятно, как можно оставить без внимания книгу, где есть овцы, и их много, и они способны на решительные действия.

Неаполитанский квартет Елены Ферранте — у нас первый роман Ферранте переведут только осенью, спасибо, конечно, и на этом, но если и есть какие-то книги, которые, вопреки всем маркетинговым предсказаниям, нужно выпускать летом, то это вот они. Помимо того, что во время чтения меня, например, не покидало чувство, что этот роман на самом деле, а не только на страницах, откуда-то из пятидесятых, до того там все ровно, плотно и безвременно по отношению к настоящему, — там еще и какой-то вечный невероятный летний и невероятно нам всем знакомый Неаполь, бедный квартал которого похож на двор какой-нибудь хрущевки в южном городе — огромная толпа не людей, а прямо персонажей, и все друг друга знают, и посреди всего этого растут, растут девочки.

Eleanor and Park by Rainbow Rowell («Элеанора и Парк») — книжка для подростков, в которой действие происходит в то недавнее время, куда еще не проник интернет, и поэтому герои книги обмениваются тем, что сейчас кажется артефактами прошлого. Они записывают друг другу кассеты с любимой музыкой, целыми часами висят на телефоне, обмениваются бумажными записками и постепенно влюбляются. Я давно не читала такого нешумного романа для подростков — и такого правильного, девочка там толстая, мальчик — наполовину кореец, но, как и должно быть, это никого не волнует, потому что важнее всего этого — музыка и любовь, в общем, если у вас есть дети, растущие в сторону гормонального взрыва, очень рекомендую.

Лето Мари-Лу, Стефан Каста — мне удалось наконец найти скандинавский роман, где никто никому не ломает пальцев, наблевав предварительно под хвост собаке, и это роман Стефана Касты о дружбе девочки-инвалида (нет, ей тоже никто ничего не ломал) и мальчика-художника. Они проводят вместе одно лето, и это правильное и прекрасное лето — с рыбалкой, отсутствием взрослых, бутербродами с плавленым сыром и запахом костра — практически лишено въевшейся скандинавской телесности, которая, впрочем, проявляется в одном прекрасном моменте, когда мальчик с девочкой сбегают от отца с его кикиморой на остров и мальчик строит там для девочки туалет из обломков ящика, а она, сидя на нем, весело кричит — я так тужилась, что доски треснули, если б мы были в кино, эту сцену вырезали бы, потому что в кино люди в туалет не ходят. Здесь люди ходят в туалет, но это опять же никому не мешает, в том числе и сюжету, который наступает лениво и плавно как летняя жара и приводит ко всеобщему душевному выздоровлению.

Аватар

Written by BiggaKniga

16 комментариев

Аватар Полина

Как-то так все уютно описано, что очень захотелось прочитать каждую из книг в этом списке. Есть очень даже мне приглянувшиеся, правда меня сейчас радует «Война и мир», которую я наконец решила как следует прочитать. Если бы успеть прочитать ее поскорее с моей то скоростью чтения, что-то обязательно возьму)) А может быть, просто мое понимание слова «уют» совпадает с Вашим — кресло, плед, книга, куст или камин в зависимости от погоды)) Спасибо за подборку))

Reply
Аватар gobis

У меня как раз летом много времени для чтения. Ну и что, что оно вот это самое, разграфлённое: ожидания на вокзале, поездки в машине, в поезде, в автобусе. Зато — много. И нет никаких других соблазнов, чтение — вне конкуренции.
Прочитала «Маленького друга!» Спасибо! И за перевод, и за рецензию.

Reply
Аватар Дана-Лана

Спасибо за рекомендации! Как всегда, тщательно выписала в блокнотик, прочту, как дойдут руки.
Совершенно согласна с картинкой летнего чтения.
Я в детстве однажды гостила у тётки на Дальнем Востоке, сидела в саду под вишнями в кресле-качалке, лениво срывала вишни с окрестных веток и читала-читала-читала.
Почитай, тридцать лет прошло, а это одно из самых золотых воспоминаний детства.

Обнаружила, что я читала Рейнбоу Ровелл, но не эту книжку, а «Фанатку» — удивительно теплое чтение про задротов-авторов фанфикшна.
Рада, что у неё переведена еще одна книжка.

Reply
Аватар Inessa

«Сто лет и чемодан денег в придачу» Юнассона? Там, правда, есть трупы. Но все так мило и весело. По-летнему))

Reply
Аватар Анна

Спасибо за рекомендации! Часть книг добавила в список на будущее.
А благодаря Вам у меня летом Янагихара :), пока понимаю, что буду читать долго, под особое настроение, когда можно погрузиться в другой мир не на 10-15-20 минут, а хотя бы на час. И спасибо за напоминание про МакБрайда, я когда-то давно читала, а потом просто про него забыла. Уже на очереди пяток книг, люблю кровищу и детективы, как раз на 10-15-20 минут дороги (когда на автобусе катаюсь или в метро, а не на машине).
И еще будет Милан Кундера, Торжество незначительности, он всегда был одним из любимых писателей. Что-то долго руки до книги не доходили, а может просто оттягивала удовольствие.. или боялась разочароваться. У меня так с очень любимой Сью Таунсенд вышло, я у нее все прочитала запоем? покупала, как только появлялиьс книги в магазине или заказывала через интернет: легкий слог и потрясающий юмор. А последню книгу откладывала долго-долго, потому что плакала, когда узнала, что автор умерла.. и что я больше не буду смеяться с Эдрианом Моулом или Ее Величеством… А потом осталась какая-то неопределенность, скорее, какое-то непонятное чувство «а что это было» после The woman who went to bed…

Reply
Аватар Марина

Из вашего списка читала всего несколько книг, но ассоциации с летним чтением вызывает только Харди (кстати, с этим романом Харди у меня почему-то прочно ассоциируется ещё и сразу «Посредник» Лесли Хартли).
Совсем не прониклась читая «Север и юг», и отдельное спасибо, что объяснили чем меня тронул роман «В доме веселья» при том, что я ещё не решила понравился ли он мне вцелом :))

Я уезжала летом на дачу, чтобы предаваться чтению, и могу рассказать несколько реалистических моментов:
1) Расстелить плед в саду и увалиться — твёрдо, постоянно затекают суставы :)
2) Вынести в сад кресло, поставить его под смородиновый куст, чтобы прям тут же и кормиться — мухи моментально вычисляют бездельника, которго им весело доставать. То они сонно бьются мне в стёкла очков, то норовят ползать по книге, то позовут на помощь нечто страшное, чтобы оно пожужжало посильнее, намекая, что оно кусается.
3) Ходить с книжкой по живописному лугу, как это любят английские леди — либо можно вступить в основной целебный компонент индийских лекарств, либо опасно для жизни.
4) Почитать в помещении я могу и в городе, это заведомо убогий вариант.
Самый оптимальный вариант — одеть дедовы валенки да бабину шубу и выйти в тот же сад зимой. Кресло есть, куст есть (подумаешь, лысый!), еду можно загодя взять (на легком морозце не прокиснет), не мучает совесть за непрополотые грядки и, главное — нет […]мух.

Я летом люблю читать детские книги, мозги-то при +33 только варятся, но не варят. И хотя эти детишки своими проблемами могут всю душу в клочья изорвать, но за верой в прекрасный мир и без мобильников я хожу через «Мост в Терабитию» Кэтрин Патерсон.

Из более подобающего чтения для тетки моего возраста не стыдно назвать «К востоку от Эдема» Стейнбека и хотя запах свежескошенной травы на страницах стоит нечасто, но когда герои не решают экзистенциальные вопросы, то я автоматически считаю, что книга про лето :)

Всё по-летнему просто, ярко и жизнерадостно в «Бабьем лете» Штифтера. Если коротко, то паренёк там ходит по горам, рисует, играет на народных музыкальных инструментах, потом чуть-чуть спускается ниже и гостит в очень красивом доме с обалденным садом. В книге все так друг к другу добры, тактичны, внимательны, преисполнены любви и заботы о ближнем, что как раз не вызывает тошноты, а моментально хочется залезть в книгу и чтобы никогда из неё не выходить. Самая крупная проблема — юноша не знает как сказать девушке, что он её любит, да так, чтобы никто не остался смущенным или поставленным в ещё какое неловкое положение и чтобы девушка покраснела только самую малость.

Ну, пошла читать «Лето Мари-Лу», посмотрю как там чо.

Reply
Аватар Майя

Знаете, Настя, вы что-то такое умеете делать со словами, что я плачу, когда читаю вас. И оттого ценю необыкновенно.

А нон-стоп программа: «Если у вас есть пять минут, чтобы поговорить о Донне Тартт», она и моя. Не в последнюю очередь вашими усилиями.

Просто спасибо вам за все.

Reply
Аватар Анна

Чалыкушу это моя любовь навеки. Книга старая и зачитаная в прямом смысле до дыр. Люблюнемогу как там все красиво написано.
И спасибо за список. Все очень хочется прочитать.

Reply
Аватар Лиза

Спасибо вам за перевод романа «Маленький друг». Как будто нашелся второй том «Убить пересмешника». Давно не оставляла себе книг. Обычно читаю и дарю. А эту, конечно, оставила. И это слово «котовий» и вообще весь перевод такой — блестящий.

Reply
Аватар BiggaKniga

Пожалуйста. Я очень рада, что вам понравилось. А где там слово «котовий»? Я уж и не помню.

Reply
Аватар Тари

У Эдит Уортон есть одна еще более летняя вещь — «В лучах мерцающей луны».
Генри Джеймс очень летний, сейчас читаю (наконец!) «Женский портрет» — там прямо все, за что мы любим летом классику 19 века.
Отлично шел (на пляже!) «Волхв» Фаулза, там еще и место действия навевает нужные настроения.
Ну и еще эпическое фэнтези, чтобы длинные циклы — отлично идет в тягучие летние дни. «Имя ветра» Патрика Ротфусса и «Хроники Амбера» Желязны были прочитаны (и возлюблены) именно летом.

Reply
Аватар Мариуш

Отличный список, согласна со многими пунктами))
Сейчас как раз перечитываю «В доме веселья», делаю вид что еще лето)

И — вопрос совсем не в тему, но вот я только что наткнулась на статью «Переводчики советуют книги, которые надо срочно перевести на русский» , и это совпало с тем, что я только что дочитала
«Детскую книгу» Байетт, и вот прямо не знаю как жить дальше — может перечитывать прям сразу начать. «Обладать » также прочитана. (кстати тоже благодаря вам — спасибо за одно из самых сильных читательских, да и не только читательских — переживаний в жизни).
Вопрос — как думаете, будут переводить тетралогию Байетт в ближайшие годы на русский?? Спасибо.

Reply
Аватар BiggaKniga

Даже не знаю, надеюсь, конечно, что когда-нибудь переведут. Но тут вообще спрогнозировать что-то сложно. Я вот думала, у нас в жизни никто не купит Янагихару, а вон — уже в этом году выйдет.

Reply
Аватар Катерина

Рада, что я не одна! Говорить про Донну Тартт я могу даже не пять минут, а часами. Странно и очень обидно, что обычно к её книгам я встречаю довольно прохладное отношение. Даже в литературной среде некоторые воспринимают её прозу как «прохладную, слишком строгую, однобокую».
Сколько людей, столько и мнений, конечно. Но боже мой как так можно-то вообще не понимаю

Reply

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *