Ну что, на первый взгляд, длинный список англоязычного Букера кажется вялым и скучноватым. Ожидаемого мяса нет. Премия обошла вниманием и Джулиана Барнса,и Энни Пру, и Энн Пэтчетт, и Макьюэна, и Фоера, и Дона Делилло, и еще многих авторов, которые до сентября успели выставить на книжный рынок какие-то заведомые хиты. Из тяжелой артиллерии в списке остались вечный Кутзее да во всех смыслах положительная Элизабет Страут. Плюс — в список вошел не менее обязательный Paul Beatty c нашумевшим в Штатах романом The Sellout (National Book Critics Circle Award for Fiction 2015) о чернокожем чуваке из города Диккенс с приличными шутками по поводу расизма.
Однако, если в список вглядеться повнимательнее, то логика судей становится очень понятной. В этот раз в список вошли романы, которым нужен своеобразный пинок в жизнь. Это вполне интересные с виду книжки, которые все можно поделить на три, скажем, грубых категории. Первая — для живых читателей (книжки с кровью и сюжетом). Вторая — странные книжки, где однако есть такой могучий проблеск таланта, что книгу надо пиарить как можно активнее, потому что талант талантом, а ощутимая странность — товар все равно не самый ходовой. И третья — положенные романы (парочка больших писателей, несколько writers of colour, все очень чинно). Особо стоит отметить, что, похоже, сходит на нет общественная тяга к толстым романам, из всех номинантов — только один роман больше 500 страниц ( Serious Sweet by A.L. Kennedy), остальные по большей части не дотягивают и до 300.

Теперь посмотрим, что у нас есть для изучения в этом году:

Photo: themanbookerprize.com

A.L. Kennedy (UK) — Serious Sweet (Jonathan Cape) — вот, тот самый единственный толстый роман. Автор — шотландка, книги у нее всегда несколько мрачноватые, с выкрученной не в ту сторону реальностью, герои которых копаются или в себе, или в окружающем мире. Нынешний роман, впрочем, внезапно кажется даже интересным, наверное, потому что он про бухгалтершу и госслужащего немодного возраста 40+++. У них все не очень хорошо, но тут они встречаются.

Deborah Levy (UK) — Hot Milk (Hamish Hamilton) — роман из категории странных. Антрополог София пытается понять, от какой такой загадочной болезни страдает ее мать, и не обострение ли это дурного характера. Вместе с матерью она едет куда-то на побережье Испании за консультацией к специалисту, откуда начинаются символизм и исследование женской сексуальности.

Graeme Macrae Burnet (UK) — His Bloody Project (Contraband) — для живых читателей. Это, чтобы вы знали, детектив прямо настоящий. True crime, но все равно, роман Бернета — единственный представитель прямо развлекательной беллетристики в списке. Подросток Родерик Макрэй в 1869 году убивает троих человек, because he can. Пользуясь случаем, советую всем прекрасный нон-фикшен Джудит Флэндерс The Invention of Murder. В нем Флэндерс несколько суховато и заунывно, но достаточно подробно и убедительно рассказывает о том, как жадный публичный интерес к таким вот кровавым делам и последующим судебным процессам фактически сформировал парадигму британского детектива. (Становится понятно, почему вообще так много было в популярной детективной прозе слуг-убийц и подозрительных жен, в общем страшно рекомендую.)

David Means (US) — Hystopia (Faber & Faber) — кислотный Стивен Кинг, скажем так. Кеннеди не убили, хотя пытались много раз, из Вьетнама возвращаются ветераны, которым старательно лечат мозг, а тех, кто не лечится всячески догоняет специальный отсек ФБР по соблюдению ментальной гигиены. Вроде и глубоко, а вроде и квадратно.

Ian McGuire (UK) — The North Water (Scribner UK) — ну вот, вот, о чем я и говорила. В Британии меж тем повсеместно наступает литературный курс на литературу о холоде. Вот что бывает, если долго повторять, что зима близко. Йоркширское китобойное судно, гарпунщики, Арктика, вечная мерзлота, много вонючих мужиков и страшная месть. Иными словами, очень увлекательно.

Wyl Menmuir (UK) -The Many (Salt) — о трендах см. выше, а вообще, хорошо, если наши издатели уже присмотрелись к книжке The Loney Эндрю Майкла Херли, которая и вытащила со дна вот этот вот слегка приподугасший интерес к какой-то дикой во всех смыслах английской традиционности. Не той, которая про чайные сервизики, даунтон-эбби и про то, что хорошие манеры нужны, чтоб скрывать ненависть к соседям. А той, которая с отчетливым ощущением северности, страшных сказок, заброшенных рыбацких деревень и суеверий, которые резко оживают, когда пропадает вай-фай.

Ottessa Moshfegh (US) — Eileen (Jonathan Cape) — очень много об этом романе говорили в прошлом году, в частности из-за того, насколько новой для недавнего курса литературы у автора вышла героиня. Эйлин — довольно живой и омерзительный человек, и об этом примерно весь роман, но пишут, что не оторваться — видимо, как от выдавливания прыщей.

Virginia Reeves (US) — Work Like Any Other (Scribner UK) — мужик сидит в тюрьме и вспоминает, за что его сюда посадили. Выясняется, что за дело, но легче от этого не становится.

David Szalay (Canada-UK) — All That Man Is (Jonathan Cape) — роман из девяти рассказов о Европе и людях, которые в ней живут и что-то там познают, но, в основном, то жизнь, то себя. Какой-то «Облачный атлас», издание 2-е, расширенное и дополненное.

Madeleine Thien (Canada) — Do Not Say We Have Nothing (Granta Books) — что-то интересное. Во-первых, про большую китайскую семью, во-вторых, на фоне политических событий в Китае двадцатого века. Вроде замени на наши реалии и выйдут обязательные три поколения женщин в московской коммуналке, а тут пока еще не надоело. С другой стороны, китайская англоязычная проза бывает подчас просто ошеломительной, например, есть такая американско-китайская писательница Июнь Ли, которая натурально написала китайскую «Тайную историю» — и от этой книги просто нельзя оторваться вообще никак.

Written by BiggaKniga

11 комментариев

тат

Ваше приложение к букеру
для меня не менее важно))
Это не лесть, поверьте…
Просто, частное мнение всегда
интереснее мнения группы товарищей)))
Спасибо, Настя
( если я правильно уловила ваше имя)
-наилучшие пожелания во всем!

Reply
Ekaterina Koda

Ооо. А это какая, скажите, пожалуйста, у Июнь Ли книжка? Kinder Than Solitude? Букеровские кандидаты как-то что-то… прямо не знаю. А вот китайскую «Тайную историю» непременно надо брать, я считаю.

Reply
BiggaKniga

Да, Kinder Than Solitude. Я читала не отрываясь. Там тоже в центре четверо друзей, история одного — правда, несколько отложенного во времени — убийства, и прямо захватывающий рассказ о том, как произошедшее повлияло на всех. Начинается со смерти, но когда все уже взрослые (как начнете читать, поймете, почему) и дальше — флэшбеками в детство и взросление.

Reply
Татьяна

А Kinder Than Solitude ещё не перевели, я правильно понимаю? Немного не в тему, но мне интересно ваше мнение о книге «Сговор остолопов»? Кажется, она одна из тех книг, которые недооценивают читатели в России. Там такой прекрасный перевод, между тем.

Reply
BiggaKniga

Татьяна, нет, не перевели. «Сговор Остолопов» я пока не читала, так что сказать ничего не могу.

Reply
Сергей

Отличная статья!
А какой роман Ли Июнь похож на «Тайную историю»? Вы же имели в виду, «Тайную историю» Донны Тартт?

Reply

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *