В прошлом году я наконец-то поняла, что писать обзор всего прочитанного за год в конце года разом – чрезвычайно утомительно, и решила записывать свои впечатления от каждой прочитанной книги сразу, а теперь вот копирую их все сюда. Как вы видите, вышел вполне традиционный читательский дневник, абсолютно читательский и личный, хочу я подчеркнуть: это все – только мои маленькие мненьица, мои любви-нелюбови, и, как водится, я публикую это все только для тех читателей, которые обычно в этих мненьицах со мной хоть сколько-то совпадают и ищут чего бы почитать.
Здесь 125 книг, я, как всегда тяготею, к основательно несовременной прозе, по-прежнему ищу старинные по форме романы с живыми людьми и временем, которому авторы дают настояться и уплотниться до целого мира. Я не стала включать сюда ничего прочитанного по работе, в том числе и новый роман Ханьи Янагихары, потому что это все уже совсем другой разговор, а здесь – только домашнее, приватное чтение, отрывки, взгляды и нечто, самый обычный непримечательный год, проведенный в мелких хлопотах и ремонте, когда от чтения требовалось только быть утешением и отдыхом, и, в общем-то, оно все так и вышло.

Необходимые примечания:
audio – я слушала аудиоверсию,
NF – нон-фикшен,
если я читала книгу в оригинале, но у нее есть русский перевод, я привожу название перевода.

  1. A Start in Life by Anita Brookner (1981) — филологический хоррор о женщине, которая принимала за жизнь то, что в итоге оказалось литературоведением.
  2. The Enchanted April by Elizabeth von Arnim (1922, «Колдовской апрель») — очень правдивый роман о том, что многие проблемы в жизни моментально решатся, если просто взять и заставить себя уехать на месяц в итальянский замок.
  3. The Temporary Gentleman by Sebastian Barry, читает Frank Grimes (2014, audio) — у мужика была жена, а у жены не было выхода.
    На самом деле, это традиционный сорокаградусный ирландский роман о людях в состоянии войны и мире в состоянии войны, где, как обычно, все началось со свадьбы, а закончилось двадцатым веком. Очень тоскливо, очень беспросветно, очень навзрыд, но это Себастьян Барри, который умеет об этом написать так, что хочется читать до бесконечности.
  4. Klara and the Sun by Kazuo Ishiguro (2021, «Клара и солнце»)
  5. Ondskaben af Jan Guillou, читает Paul Becker (Narrator) (1981, audio, «Зло») — шведская подростковая классика о том, что борьба со злом может быть разве что конкурентной.
  6. Lolly Willowes by Sylvia Townsend Warner (1926) — Lovely to be with people who prefer their thoughts to yours, lovely to live at your own sweet will, lovely to sleep out all night!
    История о том, как одна женщина в принципе всего-то и хотела, что быть одной.
  7. «Кокон», Чжан Юэжань (2021, audio, перевод Алины Перловой, читают Ольга Шорохова и Григорий Перель) — мальчик и девочка донашивают жизнь за взрослыми, потому что взрослые никак не могли эту жизнь сносить.
    Ошеломительно нормальный роман.
  8. Margrete I af Anne Lise Marstrand-Jørgensen, читает Lotte Andersen (2020, audio) – одна женщина стала королевой и объединила три страны – не без помощи эльфов.
    На удивление превосходный роман, написанный так, будто двадцать первого века не существует вовсе, а есть какие-то времена Дюма, когда можно было потратить на политические интриги примерно страниц восемь, и это были далеко не последние восемь страниц. Анне Лизе Марстранд-Йоргенсен пишет неожиданно по-старинному, прозрачно и лучисто, со старомодной плотностью и неспешностью, так, как за сотню с лишним лет до нее писала Лагерлёф, ведя рассказ прямо и понятно, и не съезжая вдруг в волшебство и магическую зыбь, а делая ее органичной частью сюжета. В этой книге есть политические интриги и расцвеченное полотно истории, и есть девочка, которая видела, как дочери лесного царя танцуют при луне, и выросла, сохранив этому волшебству верность.
  9. The Age of Innocence by Edith Wharton (1920, «Эпоха невинности») — прелесть классических романов не в том, что вызревая во времени, они непременно учат нас чему-то важному — можно подумать, будто классика со временем усыхает до кураги концентрированного смысла, позолота сотрется, свиная кожа реальности остается и т.д., но мне кажется, что в случае с подлинной классической литературой все ровно наоборот.
    Теряются и усыхают прописные истины, сиюминутность и актуальность, а остается слепок прошлого времени, который, если он был отчетливо снят — на талант, а не на мыло, становится своего рода окном в прошлое, в его навсегда ушедшую красоту.
    Роман Уортон, конечно, можно прочесть как историю о неудавшейся любви, где влюбленные, помучавшись немного страстью как изжогой и полюбив немного друг дружку в уме, разошлись обратно по зонам своего комфорта, прекрасно понимая, что в принципе и находятся на зоне, но зато у них там и быт налаженный и макароны с мясом. Но, на мой взгляд, самое важное, что сейчас осталось от этого романа — это избыточная, крепкая вещность текста, весь этот плюш оперных кресел, изумрудные ожерелья, соленья в банках на столе в приватной комнатке бостонского ресторана, золотой день с видом на море, перо цапли на шляпе, гвоздики, тяжелые красные розы, желтые розы, парижские наряды в чехлах, дожидающиеся, чтоб однажды сбылися мечты сумасшедшие, платье было надето, фиалки цвели и далее по тексту. Все то, что до нас дошло уже неживым, в тусклом музейном обрамлении, здесь еще сияет светом и новизной — и еще тем самым, детским, предчувствием телефона и того, что тогда еще называлось прогрессом.
  10. Billy Summers by Stephen King, читает Paul Sparks (2021, audio, «Билли Саммерс») — наемный убийца берет последний заказ, а надо было брать крайний.
    В этой книге очень заметно, как Кинг становится кем-то вроде современного Диккенса, оставляя в тексте много места под проживание хорошего, позволяя своим персонажам показать себя в том числе приличными людьми, людьми добрыми, способными на любовь, на нежность, на сострадание. Сериальчик с попкорном, который Билли и Элис смотрят, дожидаясь, пока поверх свежих ран и тревоги нарастет хоть какое-то забвение, тонкая короста времени, мало чем отличается от славного обеда с картошечкой и ростбифом, которым неспешно балует себя мистер Пинч, хотя вдали уже слышны грозовые раскаты грядущих тревог. Билли Саммерс, вдруг понимающий, что рамочка совести, через которую он мысленно проводил все свои потенциальные заказы, истошно зазвенит и когда он сам будет через нее проходить, – это все тот же Сидни Картон, вдруг обнаруживающий в себе человека.
  11. «Крещенные крестами», Эдуард Кочергин, читает Александр Клюквин (2009, audio, NF) — мальчик возвращается домой к маме через всю страну, которую только что в очередной раз переехало двадцатым веком.
  12. The Promise by Damon Galgut (2021) — в Южной Африке белая семья встречается только на похоронах членов собственной давно умершей семьи.
    На самом деле, это, конечно, роман из разряда «мечта переводчика», потому что Галгуту невероятно удается выстроить рассказ от невидимого первого лица, и то, как безболезненно, легко и плавно сам текст облегает повествование, как этому самому повествованию не мешает ни отсутствие какого-либо оформления диалогов, ни зизгагообразное перемещение фокуса с одного по-человечески никчемного члена семьи Свартов на другого, как безо всяких усилий все в этом романе движется и дышит в такт вечной красоте природы и безбрежности неба, – вызывает какую-то, наверное, профессиональную благодарность, что ли. Потому что это роман, где автор не жалеет ритма и звука, не жалеет красоты и смелости, не жалеет никого, конечно, и при этом ужасно всех любит.
    «Букер» здесь, конечно, был бы совершенно заслуженный.
  13. Crossroads (A Key to All Mythologies #1) by Jonathan Franzen, читает David Pittu (2021, audio)
  14. Aldrig, aldrig, aldrig af Linn Strømsborg, читает Rie Sørensen (2019, audio) —женщина, которая не хочет иметь детей, пытается ответить на вопрос, можно ли быть счастливой, если все вокруг считают тебя несчастной.
  15. Voksne mennesker af Marie Aubert, читает Iben Dorner (2019, audio, «Взрослые люди») — одна женщина хотела завести семью, а семья тем временем заводила ее.
    Отличный экономный роман об одиночестве в семейном кругу (ада).
  16. Small Things Like These by Claire Keegan (2020) — крошечная рождественская романетка о том, как у одного мужика в жизни все было хорошо, но тут он решил поступить по совести.

  1. «Другие берега», Владимир Набоков (1954) — великий русский писатель вспоминает свое великое русское детство.
    Прелесть Набокова как стилиста, разумеется, в том, насколько он не боится языка и себя в этом языке, не боится вычурности, нелепости, громоздкого обрусения сухопарых английских слов и нагромождения прилагательных. Его текст не выглядит выстроенным, это плавно и сама собой текущая речь, которая водой огибает все эти неожиданные камешки вроде «побрекфастать» и нежнейших «пятидесятилетних толстяков в трусиках», не теряя внутреннего ручеистого ритма.
  2. Haabet af Mich Vraa, читает Paul G. Becker (audio, 2016) — хюгге-на-крови.
    Суховатый эпистолярно-дневниковый роман о датском рабовладельческом прошлом, неожиданно хорошо выстроенный вокруг живых человеческих историй.
  3. The Committed by Viet Thanh Nguyen (2021) — экзальтированное описание затянувшейся дефекации, сопряжение куннилингуса и похода в церковь, костюмированная оргия, влияние марксистской теории на торговлю наркотиками, семь гномов с поварскими тесаками, читающий Фанона охранник, пытки, перестрелки, гашиш, тайный бордель под названием «Рай» и другие проделки астральной проекции Пелевина на современную американскую литературу.
    И еще, конечно, новый роман Нгуена вполне мог бы быть старым фильмом Тарантино со слоганом «Карнавальное начало всех кончало».
  4. «Хлыновск», Кузьма Петров-Водкин, читает Александр Бордуков (1930, audio, NF) — обманчиво лубочные воспоминания о провинциальном детстве, которые под конец вдруг оборачиваются хроникой подлинно русской хтони.
  5. In the Shadow of Edgar Allan Poe: Classic Tales of Horror, 1816-1914, составитель Leslie S. Klinger (2015, audio) — хороший базовый сборник англоязычных авторов, работавших в жанре сверхъестественного рассказа. Очень, конечно, заметна на фоне всего остального идеальная гениальность «Желтых обоев» Шарлотты Перкинс Гилман, безупречно выстроенное схождение в безумие, когда то там, то здесь немножко кренится то одна, то другая фраза, и вдруг финал, как выбитая из-под ног табуретка. Это должно быть куда большей, куда более заметной классикой, чем оно есть сейчас.
  6. Hunger: A Memoir of (My) Body by Roxane Gay, читает автор, (2017, audio, NF) — это очень зазубренная, непричесанная история о сопряжении большого тела и неподготовленного к нему социального пространства и о том, что у любого тела, у каждого тела есть своя и подчас оглушительно ужасная история.
  7. White Ivy by Susie Yang, читает Emily Woo Zeller (2020, audio, «Загадочная жизнь мисс Айви», wtf) — очень крепкая и нормально сделанная история о том, как китайская девочка пыталась прибиться к белым людям, а белые люди от нее отбивались.
  8. De ansatte af Olga Ravn, читает Aslak Gurholt, (2018, audio) — по-хорошему скандинавский роман о том, что делает нас людьми. Ответ – прошлое.
  9. Sea of Tranquility by Emily St. John Mandel (2022) — новый роман Мандел чуть-чуть заходит на территорию «Стеклянного отеля» – некоторые его герои снова появляются здесь, вскользь, но не встык к предыдущему рассказу – однако это более простой и камерный роман, скорее — романетка, с идеально выстроенным, законченным сюжетом, который начинается как три разных мгновения, и заканчивается – с каким-то абсолютным чувством слуха – ровно в той точке, где и начался. Здесь по-прежнему много того, что делает романы Мандел очень узнаваемыми – нежности к вещам и миру поездов, отелей и терминалов, космоса и историй, острого ощущения не-вечности привычной нам жизни и снова пандемии, на этот раз реальной – но здесь она неожиданно делает очень строгую, почти что прямолинейную композицию, аккуратно увязывая все узлы и расставляя точки там, где в «Отеле» или «Станции» все держалось на хрустальной недосказанности и намеках, на одном воздухе.
  10. «Шутка мецената», Аркадий Аверченко, читает Алексей Борзунов, (1923, audio) — действительно смешной и совершенно не злобный роман, в котором я, наконец, отыскала свое идеальное литературное второе «я»: это Вера Антоновна, которая существует в состоянии полулежа и на любое внешнее воздействие отзывается словами: «Нельзя ли без того, чтобы меня тормошить?»
  11. «Смерти.net», Татьяна Замировская (2021) — одна женщина умерла и попала в интернет для мертвых, а он весь он такой, как эмигрантский интернет, когда много-много людей помнят родину, которой уже нет, и выкладывают ее снова и снова из кирпичиков текста и памяти.
    Неожиданно хороший роман с внятным, выдержанным ритмом и доведенной до конца историей.
  12. In the Dream House by Carmen Maria Machado (2019, «Дом иллюзий») — Мачадо очень хорошо работает со сложными повествовательными конструкциями. Весь вот этот уже откровенно тухлый постмодернизм, выродившийся во многом из-за того, что вечно перемножался сам на себя, играл ради игры, у Мачадо становится просто чем-то естественным и органичным, потому что она – выстраивая текст о домашнем насилии в виде справочника литературных и киношных тропов – не забывает продергивать через все это крепкую, видную нить выстроенной совершенно классически истории.
  13. Lisey’s Story by Stephen King (2006, «История Лизи») — у одной женщины умер муж, но не весь.
    Именно по этому роману очень заметно, насколько Кинг – большой писатель, потому что это во многом, конечно, роман о языке и стиле, и о том, как мы рассказываем разные истории. У Кинга ужас и горе обнажают повествование до детской речи и семейных неологизмов, и то, как непринужденно он переключает разные стилевые регистры – осмысленно, аккуратно – и свидетельствует о том, что литература не бывает жанровой или серьезной, а только настоящей или нет.
  14. Three Junes by Julia Glass (2002) — мой любимый тип романа – Просто Нормальный Роман, в котором все устроено сообразно канонам ушедшего времени, и где романные пространства – книжный магазин с зеленью в горшках и одюбоновскими принтами на стенах, семейный дом в Шотландии с историей счастливого детства и полусчастливого брака, греческие острова с огненными закатами жизни – продуманы и обжиты так хорошо и полно, что они сами становятся историями, текущими параллельно историям трех почти гармоничных и очень человеческих жизней, и все вписано во все – до идеальной летней золотой, зеленой, прозрачной округлости.
  15. «Отчаяние», Владимир Набоков (1934) — ожидания: роман Таны Френч «Сходство».
    Реальность: роман Набокова «Отчаяние».
    Действительно, только так и могла развернуться любая история с двойником, какие существуют на самом деле только в сознании зацикленных на своих щеках и носах, тонущих в литературщине дешевых коммерсантов.
    Безупречно, конечно же.
  16. The Sentence is Death (Hawthorne and Horowitz Mystery #2) by Anthony Horowitz (2018) — Горовиц, разумеется, прекрасный имитатор, который делает ровно то, чего как-то остро не хватает в современной коммерческой литературе: воскрешает – по лекалам, с уважением и тщательностью – стандартный детектив золотого века, немного пряча его в ненавязчивую и смешную обертку из постмодернистской игры. Здесь нет ничего нового и новаторского, и это, знаете, так хорошо.
  17. A Great and Terrible Beauty (Gemma Doyle #1) by Libba Bray (2003, «Великая и ужасная красота») — шестнадцатилетние девочки открывают для себя древнюю могущественную магию, чтобы, в целом, вывести прыщи и подружиться. Именно таким и должно быть идеальное чтение для жары.
  18. The Camomile Lawn by Mary Wesley (1984) — моя семья и другие залетные.
    В 1984 году семидесятидвухлетняя женщина пишет лучший роман о сексе как о спасательном круге, который в тяжкую годину можно перебрасывать от одного «своего» человека к другому, а то и держаться за него всем вместе, пока мир не перестанет трясти.
  19. Jane Austen and the Romantic Poets by William Deresiewicz (2004, NF) — Дерезевиц явно очень хороший и вдумчивый читатель с талантом к совершенно чистым, выверенным формулировкам, и читать о том, как он читает три поздних романа Остен, попутно сверяя их с поэзией Вордсворта, Байрона и Скотта, было весьма познавательно, даже когда чтение превращалось во вчитывание.
  20. The House of Silk (Horowitz’s Holmes #1) by Anthony Horowitz (2011, «Дом шелка») — и еще один сериал был в моем детстве – про бессмертных людей, которые сражаются на мечах и рубят друг другу головы, чтобы в конце концов там мог остаться только один бессмертный и уже спокойно заниматься своими делами. Подразумевалось, что этим бессмертным будет Дункан Маклауд, но вообще, конечно, мы теперь все знаем, что на самом деле это Шерлок Холмс, потому что созданный Конан Дойлем мир оказался живее самого времени, и роман Горовица – безупречный пастиш, хоть и с преступлением, которого у Дойля не могло появиться в силу особенностей эпохи – это в очередной раз доказывает.
  21. «Киммерийское лето», Юрий Слепухин (1978) — шестнадцатилетняя девочка-подросток, вооружившись новеньким и неношеным еще моральным ориентиром, идет на войну со злом и несправедливостью, но в итоге неотвратимо взрослеет и потому – проигрывает.
    Удивительно хорошая книжка, в которой почти нет ничего советского, кроме примет времени, которые теперь кажутся совершенно музейными, вроде описания Ленинского проспекта как московской окраины с унылыми многоэтажными новостройками, зато есть много чего-то универсального, вроде невероятно пружинного сюжета, поисков будущего, окончания детства и перехода во тьму взрослой жизни – и вечного, вроде тупичковой, бестолковой красоты Москвы и золотой, неизбывной — Крыма.
  22. Victorian Anthologies: A Collection of Classic Spectral Stories to Chill and Thrill the Senses, (2020, audio) — солидный викторианский хоррор, ничего особенного – тем и хорош.
  23. Dear Life by Alice Munro (2012, «Дороже самой жизни») — это на самом деле сборник коротких романов – какие-то удивительно закругленные и оконченные, от каких-то осталась только пара важных сцен, и есть рассказ «Амундсен», который должен длиться всегда, потому что это идеальный русский роман, обточенный до концентрата смыслов, движений и образов, а хочется больше этого холода, берез, туберкулезной безысходности, крайности земли, тишины и всех историй, что остались нерассказанными.
  24. Sweetpea (Sweetpea #1) by C.J. Skuse (2017) — тот неловкий случай, когда героиню нужно сделать опасной социопаткой и серийной убийцей, чтобы она в книге могла откровенно подумать все мысли, которые регулярно приходят в голову всем нам.
  25. «С ключом на шее», Карина Шаинян, читает Людмила Шаулина (2021, audio) — современная русская литература, которая все это время, на мой взгляд, тихонько доедала воображаемый двадцатый век (травма, война, постмодернистский монтаж, лего-язык, на который все время натыкаешься глазом как пяткой в темноте, замкадный мрак, натоптыши), внезапно вспомнила о каких-то более вечных вещах, потому что в книге Карины Шаинян обнаружились такие основательно забытые штуки как продуманный сюжет, объемные живые персонажи, хорошо и логично сконструированные сцены и диалоги, а главное – удивительное умение поглядеть в прошлое так, что оно выглядит историей, а не разверстой могилой.
  26. The Appeal by Janice Hallett (2021, «Выйти из чата») — одна семья собирала пожертвования на лечение больного ребеночка и некоторые пожертвовали совестью.
    Неожиданно почти идеальный детектив, который, более того, полностью работает в новой реальности. Вместо засаленного уже сеттинга с принудительным возвращением в доинтернетный век, где себя хорошо чувствовал детектив золотой эпохи – то есть, когда автору приходится отключать персонажам вай-фай, чтобы они наконец поубивали друг друга – здесь вся история разворачивается исключительно в почте и мессенджерах, и автору удается вытянуть и разницу голосов, и дожать интригу, и даже разбросать по тексту ключи и подсказки без какого-либо выхода в офлайн, и тем более без вызывания пиковой дамы детектива, Агаты Кристи, которая, конечно, придумала все сюжеты, но до родительских чатиков в вотсапе все-таки не дожила.
  27. More Deadly Than the Male: Masterpieces from the Queens of Horror, составитель Graeme Davis (2019, audio) — неровный, но полезный сборник, охватывающий примерно столетие женского готического рассказа, от Мэри Шелли до Мэри Уилкинс Фримен, который, увы, доказывает, что группировка авторов по какому-либо внешнему признаку – дело чаще всего бесполезное. Есть чрезвычайно сильные рассказы, есть невыносимо беспомощные (Маргарет Олифант читать невозможно даже из сострадания к ее несчастной судьбе), и единственный, пожалуй, заметный плюс сборника – это биографические справки об авторессах, призванные вытащить забытые имена из тумана прошлого, но стоит признать, что некоторые имена все-таки в этом тумане так и останутся.

  1. Christmas: A Biography by Judith Flanders (2017, NF) — в каждой книге Джудит Флэндерс википедия берет верх над сторителлингом, и поэтому биография Рождества в ее исполнении кажется иногда биографией понедельника. Впрочем, все равно достаточно познавательно.
  2. Crocodile on the Sandbank (Amelia Peabody #1) by Elizabeth Peters, читает Susan O’Malley, (1975, audio, «Крокодил на песке») — викторианская старая дева, вооружившись увесистым зонтиком и здравым смыслом, едет в Египет и встречает на своем пути ожившую мумию.
    Мумия: это я удачно заранее забинтовалась.
    Легкий любовный роман с элементами детектива и романа воспитания (мумии, конечно же).
  3. Jennifer Government by Max Barry (2002) — в мире победившего чистогана, где никто не платит налогов, правительство приватизировано, а у людей вместо фамилий названия компаний, в которых они работают, один мужик решает, что для продвижения новых кроссовок им нужно убить человек десять подростков, и это еще не самое лучшее.
    Макс Барри очень похож на завязавшего с буддизмом Пелевина, только этот не Олегович, а Легович, потому что даже сатиру на современное общество потребления он все равно складывает из проверенных годами сюжетных деталек и пиу-пиу.
  4. The Lost Man by Jane Harper (2018, «Под палящим солнцем») — что происходит, скажем, в скандинавском детективе, если два брата-фермера находят труп третьего брата? Из запоя или травмы выходит инспектор и спасает всех нерасчлененных персонажей. (Возможно, спасает даже труп, если автор романа – Фредрик Бакман.)
    Что происходит в австралийском детективе, когда два задолбавшихся от жары и тяжелой работы брата-скотовода находят труп третьего? Мучительное осознание того, что теперь и вовсе некому ходить за скотиной. (Инспектор этого точно делать не будет.)
    Пыльная крепкая семейная драма о всяческом скотстве.
  5. En moderne familie af Helga Flatland, читает Anne Ryg (2017, audio, «Современная семья») — в одной норвежской семье люди разобрались со всеми своими проблемами без группового изнасилования.
  6. The Inheritance Games (The Inheritance Games #1) by Jennifer Lynn Barnes (2020, «Игры наследников») — «Достать ножи» за 300.
  7. Henry Dunbar by Mary Elizabeth Braddon (1864, «Тайна фамильных бриллиантов») — один мужик тридцать пять лет ждал, чтобы отомстить другому мужику – и другие страшные истории о том, как люди закрывали гештальты до изобретения психотерапии.
  8. «Суфражизм в истории и культуре Великобритании», Ольга Шнырова (2019, NF) — очень тщательная научная работа, которую, к сожалению, никоим образом не переработали для более удобного читательского восприятия, иными словами – у нее как будто не предполагается более широкой читательской аудитории, кроме академической или весьма терпеливой. В пятидесятилетней истории суфражистского движения много всего выпуклого, красочного, такого, что помогло бы человеку, который в целом об этом ничего не знает, но желает узнать, поскорее вжиться в историю – от квакерских суфражистских династий до насильственных кормлений в тюрьме – но все это, хоть и прилежно описано в книге, так и не переведено с языка традиционной диссертации, которую обычно читают два с половиной человека, на язык какого-то человеческого, ритмичного повествования.
  9. Dragonwyck by Anya Seton (1944, «Гнездо дракона») — одна женщина мудака не разглядела издалека.
    На самом деле, это удивительно уютная и во многом правильно сделанная околосказочная история о том, как одна девочка захотела стать героиней романа, но забыла попросить у феи-крестной, чтобы только не готического.
  10. A Spell of Winter by Helen Dunmore (1995) — британский роман-бинго из всех основных структурных и сюжетных опор британской литературы: предчувствия войны, тяжелого цветенья роз, угасающего поместья, неназываемого скандала, безумия и бедлама, выморочной любви, сельского бала, ирландской прислуги и тончайшего, чистого, вросшего в сам текст безупречного стиля.
    Читая A Spell of Winter я все поражалась, как такое бывает – такая роскошь, такая избыточность, когда литература может себе позволить что-то промежуточное, просто прекрасно средний роман, в котором все гладко, продуманно, прошито и выписано. Данмор чуть-чуть выталкивает этот роман вперед разве что стилем, да и тот уже многократно знаком и обжит, весенняя зябкость нарциссов могла быть хоть у Боуэн, хоть у Леман, но, в остальном, это просто нормальное, обкатанное чтение, почти законченная история, живорожденный роман о людях в привычных, ненадоедающих декорациях, история семьи, которой не стало, и времени, которого не стало – все просто, все хорошо, все очень, очень ровно.
  11. Thicker than Blood (Zoe Bentley Mystery #3) by Mike Omer (2020, «Глазами жертвы») — вообще, конечно, показательно, что сегодня для того, чтобы стать очень популярным и очень коммерчески успешным автором, нужно всего-то понимать, как устроен жанр полицейского триллера, строго и аккуратно следовать его законам и не выпендриваться.
  12. Cringeworthy: How to Make the Most of Uncomfortable Situations by Melissa Dahl (2018, NF) — вполне пристойный, хоть и немного утомительный нон-фик в том числе и об этом вот явлении, когда ты ложишься спать, ужасно устав, и вдруг мозг такой: «А ПОМНИШЬ, КАК В ДЕВЯТОМ КЛАССЕ ТЕБЯ НЕ ПРИГЛАСИЛИ ТАНЦЕВАТЬ НА ОГОНЬКЕ?»
  13. Motherhood by Sheila Heti (2018, «Материнство») — это действительно блестящее, невероятной художественной силы эссе о выборе или не-выборе женщиной материнства и о материнстве как таковом, которое, к сожалению, немного закружило обрамляющим потоком автофикшена. Героиня то и дело глядится в собственный пупок, вываливая в текст во многом изнаночную сторону своей жизни, и, несмотря на то, что само эссе от этого кажется еще более структурированным и более звучным, с героиней/автором очень трудно свыкнуться на протяжении всего текста. Хотя, повторюсь, композиционный смысл текста именно в этом – во всесторонней фиксации внутреннего голоса женщины, которая решила прожить жизнь, которая была бы в итоге целиком и полностью только ее.
    Having children is nice. What a great victory to be not-nice. The nicest thing to give the world is a child. Do I ever want to be that nice?
  14. The Eight (The Eight #1) by Katherine Neville (1988, «Восемь») — в общем, это как если бы Дэн Браун решил написать «Ход королевы», но по дороге вспомнил, что он все-таки Дэн Браун.
    В итоге получилась книжка о том, что вот уже много тысяч лет мы живем не слишком хорошо, потому что все видные политики и деятели искусства вместо того, чтобы заниматься политикой и искусством, собирают волшебные шахматы, дарующие то ли вечную жизнь, то ли вечную власть, никто толком не знает, но шахматы по ходу хорошие и надо брать, и вот уже и Наполеон идет на Россию, потому что в Зимнем дворце, говорят, Екатерина Вторая шахматную доску под половицами упрятала, (нет, серьезно, в принципе-то в Россию ехать больше не за чем).
    И в целом там примерно все такое, и русские крестьяне в дирндлях глядят на все происходящее темным взглядом прямиком из глубин загадочной нашей души, а советский шахматист побеждает всех, потому что за ним стоит Дворец Пионеров, единственное, как замечает автор, продвинутое учреждение, где штампуют шахматных чемпионов, и, короче, прилетает Илон Маск на Марс, а там наши с кружка робототехники сидят, и тишина.
  15. Migrations by Charlotte McConaghy (2020) — немного кусковатый дебютный роман о жизни в мире, превратившемся в хоспис, где неизбежно и неотвратимо, в режиме реального времени, умирает все живое, львы, орлы и куропатки и т.д., уступая дорогу раковой опухоли человечества, и где героиня, то ли женщина, то ли селки, устремляется в последний путь за полярными крачками, прибившись к команде современного «Пекода», которая ищет в пустых мировых водах уже не белого кита, а хоть бы окунька завалящего.
    Да, именно, это до неловкого символичный роман, в котором литературные и мифологические аллюзии теснят друг друга как кружочки жира в дешевой колбасе, но в нем есть и много спасительного, свежего – во-первых, история, хоть и разорванная на флэшбеки, отскакивающая резиночкой в прошлое, все-таки уверенно сцеплена в некое единое целое, и даже если места сварки кое-где не зачищены, все равно для дебютного романа этой цельности подчас более чем достаточно. Во-вторых, история не-ирландки и не-австралийки Фрэнни, женщины, в какой-то момент слившейся с морским течением, сделана довольно искренне, без оглядки на писательские условности, но с добросовестной передачей того, от чего любой роман скорее выигрывает – сырых ночей, колючего воздуха, морской соли, пространства для читательского маневра и общего потока самой истории, сглаживающего ее неровные берега.
    Не великий роман, но старательный, чистенький, и, в общем, нормальный.
  16. Later by Stephen King, читает Seth Numrich (2021, audio, «Позже») — приходят интроверты к Стивену Кингу и говорят: «Здрасте, а напугайте, нас, пожалуйста». Кинг: «Жил-был мальчик, и с ним ДАЖЕ ПОКОЙНИКИ РАЗГОВАРИВАЛИ!»
  17. The Searcher by Tana French (2020, «Искатель») — приезжает мужик в ирландскую глубинку, где в него вселяется древнее зло – дух Пришвина.
  18. Pilgrim by Timothy Findley (1999, «Пилигрим») — хрустальной красоты и очень продуманный роман, которому не хватает какой-то простой человеческой связности. Калейдоскопное повествование вертится от Юнга к да Винчи, от покрытой золотой пылью Испании к индивидуальным историям безумия в конфетной и отглаженной Швейцарии, и хотя замысел романа на удивление ясно выписан – персонифицированное коллективное сознательное бессознательное становится пациентом Юнга и приоткрывает перед ним окошко, откуда веет сфуматообразной жестокой красотой человечества с начала времен, – все это, несомненно, важное повествование дробится и дробится на мелкие осколки, капли и брызги, никак не собираясь в единое целое.
  19. I’d Rather Be Reading: The Delights and Dilemmas of the Reading Life by Anne Bogel (2018) — страшно милая, но совершенно необязательная книжка, в которой тетка просто взахлеб рассказывает, как она любит читать. Что-то вроде письма в бутылке, которое может выловить такой же запойный читатель и порадоваться тому, что он не один.
  20. My Sweet Audrina (Audrina #1) by V.C. Andrews (1982) — по-моему, мы нашли бабушку Пелевина, но это еще не точно.
    Вот что есть в этой книге: чаепития с воображаемой тетей, которую на самом деле съели каннибалы в Африке, массовое изнасилование детей детьми, три упавших с лестницы женщины, одна из которых – безногая фигуристка, умственно отсталая (или нет) сестра, которая, (возможно), убивает людей при помощи стеклянных призм, девочка, которая пять раз ломает себе одну и ту же ногу и сцена выкидыша, во время которой дочь швыряет собственно выкидышем в любящую мать, упрекнувшую ее в том, что она испачкала дорогой турецкий ковер.
    Простите мне вульгарность формулировок, но по-моему, я только что прочла the ебанину года.
  21. Never Split the Difference: Negotiating As If Your Life Depended On It by Chris Voss, Tahl Raz, читает Michael Kramer (2016, audio, «Переговоры без компромиссов») — автор: я научу вас таким оборотам речи, против которых у вашего противника не найдется никаких аргументов.
    Читатель из России: «Вот где карту получали, туда и идите?» «Вас много, а я одна?» «Без петельки не принимаем?» Эти что ли?
  22. «Белая колоннада», Евдокия Нагродская (1915) — миленькая повесть о вдовой барыньке, которая, мельком увидев где-то недостижимой красоты белую колоннаду в окружении итальянских сосен, вдруг переродилась душой (не без помощи почти юродивой студентки с лучистым взглядом), но когда читаешь, конечно, как в 1915 году барынька покупает золоченую мебель, крытую обюссоном, и тревожится из-за вишневых портьер, то становится так невыносимо тяжко на душе, что и повесть вдруг становится увесистее, уплотняясь грядущим горем.
  23. The Night Watchman by Louise Erdrich (2020, audio) — краткое содержание политики «терминации» индейских племен 1953 года: сидит Петька на рельсах, подходит к нему Василь Иваныч и говорит: «Подвинься, Петька».
  24. The Plot by Jean Hanff Korelitz, читает Kirby Heyborne (2021, audio) — в эпоху соцсетей и всеобщей медийности мужик ворует сюжет ненаписанного романа у умершего мужика – не проверив толком, знал ли кто-то еще об этом сюжете.
    Через 2 года: ВСЕ ВСКРЫЛОСЬ, КАК ЖЕ ТАК.
  25. Good in Bed by Jennifer Weiner (2002, «Хорош в постели») — толстая женщина встречается с мудаком, но отчего-то думает, что проблема именно в том, что она толстая.
  26. The Sweetness of Water by Nathan Harris (2021) — по-своему это даже неплохой роман, по крайней мере здесь есть нечто, что выдает в дебютном писателе Натане Харрисе будущего большого писателя – умение подложить под текст логичное, последовательное настроение, ощущение внутреннего романного времени, при этом не прописывая его настойчиво в самом тексте. Это роман не об актуальном, а о вечном, о том, что делает людей людьми, и еще о любви, всегда о любви.
    Однако это все равно достаточно дебютный роман, с заваленной и растянутой экспозицией, с долгим вхождением в историю, где поначалу ничего не происходит, а затем все происходит сразу, с избыточностью стиля и слов там, где можно было бы обойтись точкой. Но все равно, по сравнению с предыдущими букеровскими дебютами, это скорее даже прилично.
  27. Moriarty (Horowitz’s Holmes #2) by Anthony Horowitz, читает Julian Rhind-Tutt (2014, audio, «Мориарти») — все, что упало в Рейхенбахский водопад, должно остаться в Рейхенбахском водопаде.
  28. The Crossing Places (Ruth Galloway #1) by Elly Griffiths (2009) — жила-была женщина-археолог и тут до нее докопались.
  29. Who Is Maud Dixon? by Alexandra Andrews (2021) — одна женщина хотела стать великой писательницей.
    Великая писательница: «Так, с этого места поподробнее».
  30. Kvinde set fra ryggen af Jesper Wung-Sung, читает Helene Egelund (2021, audio) — у великого художника была жена, а у нее мужа не было.
  31. Alle himlens fugle af Rakel Haslund-Gjerrild, читает Emma Sehested Høeg (2020, audio) — одна девочка осталась совсем одна, потому что весь мир умер, и тогда она растеряла все слова, стала чайкой и кра-кра-кра.
    Неожиданно неплохой лингвистический постапчик о природе языка как обоюдного дара и обоюдной памяти, не оригинальный, но чистенький, и если посильнее приложить его к уху, то можно услышать шум большого поэтического таланта.
  32. The Heights by Louise Candlish (2021, audio) — женщина просит бывшего мужа помочь ей с убийством мудака, виновного в смерти их сына, но, конечно, через два года приходится все самой переделывать. Конечно.
  33. The Dig by John Preston (2007, «Раскопки») — по-чеховски несчастливые люди совершают величайшее археологическое открытие в истории Англии, а потом идут по домам, усталые и недовольные.
  34. «Вам и не снилось», Галина Щербакова (1979) — мальчик и девочка любили друг друга, но у них еще уроки были не сделаны.
  35. Jeg tog ned til bror (Jana Kippo #1) af Karin Smirnoff, читает Helene Egelund (2018, audio) — женщина возвращается домой после неоднократно пережитого инцеста в коровнике (и не только в коровнике, и не только инцеста), влюбляется в душного мудака-психопата, расследует смерть местной проститутки, которая внезапно оказывается ее сестрой, откачивает отравившегося несвежей водкой алкаша-брата и понимает, что жизнь-то налаживается.
  36. «Дух времени», Анастасия Вербицкая (1907) — один мужчина не знал слова «мудак» и поэтому, испортив жизнь очередной женщине, всегда оправдывался: «Я – эстет».
  37. The Writer’s Library: The Authors You Love on the Books That Changed Their Lives by Nancy Pearl, Jeff Schwager, (2020, audio, NF) — довольно неровный сборник интервью с современными американскими писателями, объединенный в целом неплохой задумкой: поговорить о том, как чтение формирует автора, из каких книг в итоге получается писатель и как вообще писатели читают. Конечно, здесь есть много безусловно хорошего – все авторы с понятным и очень узнаваемым восторгом рассказывают о детском чтении, о том, как они впервые поняли про себя самое важное – не то, что они будут писать книги всю жизнь, а то, что они всю жизнь будут их читать, потому что это самое прекрасное занятие на земле.
    Но больше здесь, конечно, удивительного и неожиданного: например, даже относительно нестарые писатели в своих рассказах прилежно по кругу поминают один и тот же суповой набор культурного советского человека: Хэмингуэй, Фолкнер, Керуак, Брэдбери да Лео Толстой, так что подспудно ждешь, что кто-нибудь уже возьмет да и назовет в числе форматирующих авторов братьев Стругацких. Кроме того, интервьюеры старательно пытались раскрутить писателей на разговоры о политике – а вы теперь видите в этих книгах расизм? а вам не больночко теперь читать «Лолиту»? а вы хотите писать истории про эмигрантский опыт? – и на этом месте все разговоры о чтении сразу сдуваются, уступая место одобренному соцсетями скрипту. Одна Донна Тартт, (которая давала интервью по почте, because последовательность), на вопрос о том, не изменилось ли ее отношение к «Лолите» в нынешнем-то политическом климате, строго и сухо ответила: «Нет. «Лолита» – это абсолютный шедевр». Аминь.
  38. A Slow Fire Burning by Paula Hawkins (2021, «Тлеющий огонь») — если честно, то как триллер это никуда не годится – слишком легко получается догадаться, что же все-таки случилось, но вот как писательница Пола Хокинс от книги к книге становится все интереснее и свободнее, превращаясь в своего рода нуарную Лиану Мориарти. Лучшие места в книге — те, когда она не пытается делать интриге искусственное дыхание, а концентрируется на персонажах, мастерски оставляя их жить своей жизнью, и тогда сразу становится понятно, что это не история о том, кто убил мужика на лодке (мужик-то вообще типичный «помер Максим»), а зародыш большого романа о невидимых женщинах — старой, толстой и чокнутой — которые вдруг сами по себе оказываются полноценными историями.
  39. Victorian Anthologies: Ghosts, Volume 2, (2021, audio) — еще один сборник викторианских страшилок, который я помню гораздо хуже, потому что под него гораздо лучше засыпалось.
  40. Midnight Sun (The Twilight Saga #5) by Stephenie Meyer (2020, «Полночное солнце») — не буду даже шутить, что это история о том, как семнадцатилетнюю девочку грумит столетнее мороженое, потому что эта книга – пусть дурацкая, пусть глупая, пусть дурно написанная – помогла мне отвлечься от бесконечно изматывающих разборок с ремонтом, рабочими, со всеми этими сборками и доставками и выяснениями важнейших проблем вроде «Почему так сложно привинтить корпус от вентилятора СРАЗУ?» В самой отстроенности этой книги от здешней, настоящей жизни, в той медитативной пристальности, с которой главные герои ищут ответы на совсем другие важные вопросы, вроде «Что она подумала»? и «Что он сказал?» есть что-то анестезирующее, дарующее если не утешение, то хотя бы недолгое забвение, дозу чужой, несбыточной, золотой жизни, в которой никогда не может быть заказа металлических профилей из леруа и доставки до комнаты за 1499.
  41. Victorian Anthologies: A Collection of Classic Tales of Dread (Horror, #1), (2020,audio) — открыла для себя Вайолет Пейджет, писавшую под псевдонимом Вернон Ли – пышный, щедрый декадентский стиль и ненатужная образованность. Люблю все это старое и ушедшее, жир и золото луны, стилевую рябь, богатый ритм, километровые отступления и замершее время.
  42. Finders Keepers (Bill Hodges Trilogy #2) by Stephen King, (2015, «Кто нашел, берет себе») — читатель убивает писателя за неубедительное развитие персонажа.
    Дарю идею для теста: «Петербургская криминальная хроника или роман Стивена Кинга».
  43. Garden Spells (Waverley Family #1) by Sarah Addison Allen (2007, «Садовые чары») —практически «Практическая магия».
  44. «Семейство Тальниковых», Авдотья Панаева (1848) — брикет-концентрат классической русской литературы, состоящий из младенческих смертей, жестоких наказаний, лишения еды на неделю, страшного трупа бабушки, могильных червей, непременного вора в овчинной шубе, злой гувернантки с плечами-говядинами, жениха с лицом рака, темных комнат, перешитых ватных салопчиков, пощечин, выволочек и розог, и внезапно, врасплох оканчивающийся свадьбой юной героини с полузнакомым Аркадием Петровичем, которая описывается примерно как побег из карцера – окна были усеяны головами, Трезор с веревкой на шее провожал карету, etc.
  45. Victorian Anthologies: Horror, Volume 2 (audio, 2021) — cолидный, скучноватый сборник, в который отчего-то затесалась Рода Броутон с подчеркнуто авантюрным рассказом без капли мистики, однако «Меццо-тинто» по-прежнему самый мой любимый рассказ у М.Р. Джеймса, Ле Фаню хорош в своей сюжетности, а меланхоличная неаффектированная начитка с шотландским акцентом невероятно улучшает Стивенсона, хотя, казалось бы, куда еще.
  46. The Red Palace by June Hur (2022) — топорноватый условно-исторический детектив, в котором придворная медсестричка расследует убийства, но, в основном, все просто по очереди делятся с ней тайнами государственной важности, так что сюжет в какой-то момент можно свести к знаменитой фразе из «Гардемаринов»: «Да об этом весь Петербург болтает. И все – под страхом смертной казни».
  47. The Book of Lost Books: An Incomplete History of All the Great Books You’ll Never Read by Stuart Kelly (2007, NF) — абсолютно туалетная книга – несколько внезапный набор полубиографий писателей, которые в течение жизни что-то не дописали, или у которых в этом самом течении навеки утонули потенциальные шедевры. Затея превосходная, но исполнение – дробные, неровно написанные статьи, в которых Флобер мастурбирует, Золя задыхается от антисемитизма и угарного газа, а Лопе де Вега склочничает с Сервантесом – заметно эту затею удешевляет, превращая ее в сводку литературоведческих анекдотов из серии «как я хотел написать эпос, но тут началась Столетняя война и мне не хватило ресурса», хотя для тех, кто литературоведением никогда не занимался, эта книга может стать хорошим базовым трамплином в историю мировой литературы.
  48. The Snow Ball: The Classic Christmas Romance by Brigid Brophy (1964) — невыносимой красоты и точности роман о том, как средь шумного бала случайно донна Анна соблазняет Дон Жуана. Вокруг падает снег, Керубино и Казанова лишают друг друга девственности, любвеобильные тюлени-супруги колышутся на волнах страсти, текст лопается и звенит от отсылок к моцартовской опере и «Анне Карениной», и все, как и положено в те годы знойного фрейдизма, оканчивается сексом и смертью.
  49. Victorian Anthologies: Christmas Spirits, (2020, audio) — милый, ровный сборник рождественских историй с привидениями, из которых мне больше всего запомнился рассказ Клары Венн «Рождество в корнуольском маноре», где почти не происходит ничего страшного, только барышни долго едут на телеге сквозь тьму, гостья рассказывает о том, как у них в доме призрак застенчиво скрипел половицами и покорно исчез, после того, как священник совершил обряд экзорцизма, да под конец все слушают рождественские песенки в тепле и уюте.
  50. «Искуситель», Михаил Загоскин (1838) — милый полуготический роман, в котором бес-искуситель соблазняет юного дворянчика любовью замужней Надины и побегом с нею в вечно солнечную Италию, не взяв в расчет патриотизма и того, что на нашей стороне Боженька и Машенька.

  1. The Betrayals by Bridget Collins, читают Sam Woolf, Sarah Ovens (2020, audio) — когда вдохновляешься «Игрой в бисер», но бисер заказываешь на алиэкспрессе.
  2. The Book of Two Ways by Jodi Picoult (2020) — одна женщина узнала много чего о смерти и Древнем Египте и всю инфу просто расшарила.
  3. «Бабушкина внучка», Нина Павловна Анненкова-Бернар (1902) — у одной женщины все ыбло.
    Поняла, что до ужаса не переношу такую вот русскую литературу, где героиня непременно мыслит чувствами, потому что в голове у нее обычно ничего нет, кроме невысказанного мычанья, которое распирает ее как изжога, как какой-то духовный метеоризм, принимая форму то любви, то отчаянья, то ужаса. Все вот это вот такое узнаваемое и литературное, все эти метанья на краю обрыва, потому что неистраченные гормоны подкатывают к горлу, все эти рассуждения с изобилием всего восклицательного, о том, как душно, черно, давит, колет, мнет, жмет и сердце, весь этот собирательный образ женщины, которая если уж и чувствует, так во весь рост, после чего непременно падает жертвой безнравственного общества и от избытка же чувств умирает, в общем, весь этот столь пестуемый образ женщины, как простите, сейсмической промежности, на мой взгляд как-то очень, удивительно унизителен.
  4. Virgin River by Robyn Carr (2007) — жила-была женщина и стало у нее все слишком хорошо. Роман-диатез.
  5. «Свидание в Санкт-Петербурге« (Гардемарины #2), Нина Соротокина (1992) – когда у тебя есть всякие приключения для твоих героев, но ты поженила их всех в прошлой серии, и теперь у них семейные и бытовые проблемы и им не до приключений.
  6. «Вавилон», Маргарита Фигули (1946) — бывают такие невыносимо бесконечные романы, в которых пытаешься найти хоть что-то, кроме беспорядочно разбросанных букв, но в итоге все время находишь себе другое занятие.
    Здесь очень много всего и всех: евреев, халдеев, персов, арабов, жрецов, воинов, крестьян, рабов, овец, сернооких дев, узников совести, шпионов, вельмож, цариц, блудниц, ловких военачальников, которые только и делают, что ничего, но нет чего-то основного, связующего эту прилежную, пышноукрашенную хронику последних дней царства Вавилонского в полноценный роман.
  7. Dark Horses by Susan Mihalic, читает Alex Allwine (2021, audio) — в нашем детстве был такой латиноамериканский сериал «Богатые тоже плачут», где у людей были деньги, а проблемы от этого никуда не девались, правда проблемы это были из серии «амнезия Хуаниты передалась половым путем архитектору Мендисабалю». Вот это, на самом деле, примерно такой роман: с одной стороны, это масс-маркетная версия «Темной Ванессы» и таллентовской My Absolute Darling, в которой все нюансы и неоднозначности сглажены до готовых, тщательно проговоренных решений, что само по себе неплохо для того, чтобы хотя бы начать разговор о семейном насилии. Но, с другой стороны, это история об очень богатой девочке, у которой был папа-абьюзер, и она такая – может, заявить на него уже, а потом – ну нет, как же тогда мои лошадки и олимпийское будущее, и хотя девочку по сюжету безмерно жалко, но все же семья буйного алкоголика из, допустим, ново-бирюлево глядит на нее с недоумением. И дело не в том, что богатая девочка страдает как-то проще, или что ее страдания не заслуживают сострадания. Проблема этого романа как раз в том, что это история о лошадях, и лошади – это всегда очень дорого, это всегда мир привилегий, и эта дорогая точка отсчета, эта искренняя боязнь девочки потерять не жизнь, не конечности, не рассудок, не свободу, а именно что – возможность быть олимпийской чемпионкой и кататься на лошадках – это ужасно мешает как-то проникнуться романом полностью.
  8. Enigma by Robert Harris (1995) — какой-то немного жеваный триллер, где вся история часто сводится к тому, что гениальный мужик обо всем догадывается.
  9. «Дочь колдуна», Вера Ивановна Крыжановская-Рочестер, (1913) —ничего не могу с собой поделать, но иногда творения Веры Ивановны вызывают у меня в памяти детский стишок «На кладбище ветер свищет, сорок градусов мороз, на кладбище Ваня дрищет, у него тройной понос».
    Вообще, конечно, Вера Ивановна была удивительно цепкой писательницей, когда нужно было продумать и набросать сюжет, но в некоторых ее романах очень заметно, как текст превращается в спиритический сьянс, и на «Радио Вера Ивановна» начинается передача «Час оккультизма».
  10. The Last Thing He Told Me by Laura Dave, читает Rebecca Lowman, (2021, audio) — одна женщина вышла замуж, а ведь все могло бы быть гораздо лучше.
  11. The Maidens by Alex Michaelides (2021) — The Secret History Paint-By-Number Kit.
    Перефразируя известный мемчик про котика, хочу сказать, что всякий раз, когда какой-нибудь, мягко говоря, не слишком художественно одаренный автор решается написать очередную «Тайную историю», выход новой книги Донны Тартт откладывается еще на один день.
  12. Alt det jeg ikke husker af Jonas Hassen Khemiri, перевод Birgitte Steffen Nielsen, читает Christian Engell (2017, audio, «Все, чего я не помню») — мужик умер.
    Его друзья: самое время рассказать, как мы его любили.
    Это, конечно, удивительно грустный роман о жалких людях, которые вдруг обнаружили, что никакая современность не дарует вечной памяти, и даже когда ты умираешь, люди помнят только себя в тебе, и после смерти ты так или иначе разваливаешься на куски — по количеству чужих воспоминаний, но, как кротко спрашивала своего племянника мисс Марпл: «Дорогой Десмонд, неужели все люди в твоих романах должны быть такими неприятными?», и я, конечно, тоже хотела бы задать этот вопрос автору.
  13. The Thursday Murder Club (Thursday Murder Club #1) by Richard Osman (2020, «Клуб убийств по четвергам»)
  14. The Straw Men (The Sorrowful Mysteries of Brother Athelstan #12) by Paul Doherty, читает Terry Wale (2013, audio) — приходят персонажи к автору и говорят: «Здрасте, мы хотим попасть к вам в книгу». Автор: «Отлично, я пишу средневековый детектив и мне нужно еще примерно десять трупов». Персонажи: «В детективах же не бывает столько тру…». Автор: «Ну ладно, пусть трупов будет восемнадцать».
  15. Charlotte Temple by Susanna Rowson (1790) — прилежная овца, подстрекаемая развратной гувернанткой, бежит, роняя девственность, с бравым лейтенантом в Америку, забыв о том, что в 1794 году девственность выменивалась только на обручальное кольцо.
    Это первый американский бестселлер, выдержавший более 200 переизданий, и нужен он был для того, чтобы мамки и няньки давали его почитать юным девам, которым взыграло бы куда-то сбежать в закат мимо алтаря. Не будет вам, возлюбленные мои читательницы, от этого никакого счастья, твердой рукой писала Сюзанна Роусон, разве что после смерти вас пожалеют более удачливые ваши товарки.
    Весьма необходимый роман с академической точки зрения, но сейчас уже совершенно необязательный, конечно.
  16. The Mystery of Olga Chekhova by Antony Beevor (NF, 2004, «Ольга Чехова») — удивителен, конечно, этот внешний взгляд на Россию даже самого дотошного не-русского исследователя, который, хоть и понимает разницу между всеми этими уменьшительными именами, и не путается в отчествах, однако же все равно видит русское в обыденном, и вот уже Baba Книппер, переезжая в Берлин, тащит с собой иконы и русский хаос, преследуемая метафорой про медведицу.
  17. «Детство Тёмы», Николай Гарин-Михайловский (1892) — что англосаксу травма, то русскому – детство.
  18. One by One by Ruth Ware, читает Imogen Church (2020, audio, «Один за другим») — приходит одна писательница к Агате Кристи и говорит: «Здрасте, я пишу занимательные детективы, и хотела бы занять у вас еще несколько сюжетов».
  19. Dune (Dune #1) by Frank Herbert (1965)
  20. Beautiful World, Where Are You by Sally Rooney (2021) — Beautiful Sally Rooney Where Are You?
  21. Harpiks af Ane Riel, читает Henrik Koefoed (audio, 2015) — писатели во всем мире: хэппи-энд — это когда все в книге хорошо кончается. Например, все женятся, или получают наследство, или отправляются путешествовать, или покупают дом, или заводят собаку, или обретают душевный покой, или…
    Датские писатели: хэппи-энд – это когда спасаешь в конце романа мумифицированный трупик младенца.
  22. The Silent Companions by Laura Purcell (2017) — довольно угловатый и неловкий готический роман, излишне пострадавший от синдрома дебютности: это когда на небольшом пространстве сталкиваются сразу много надкушенных и непроработанных тем и образов, потому что кажется, что так роман будет глубже и многоплановее, а на самом деле, книга от этого становится похожим на викторианскую гостиную, заставленную бесконечными креслицами с узловатыми антимакассарами, стеклянными витринами с багательками, тарелочками, скамеечками, темной мебелью, раскорячившейся в тяжелом полуприседе, блеклыми дагерротипами и самой вещественностью прошлого.
    Вот и этот роман ломится от избытка прошлого, от всей предыдущей и хорошо сработавшей литературности, от всех знаковых тем – тут тебе и ведьмовство, и положение женщины в 19 веке, и окошечко в бедлам, и непонятный ночной шурх-шурх, и оживающие деревянные фигуры, и еще более деревянные персонажи, и тайна на тайне, и труп на трупе, и паутина аллюзий, которую так и хочется смахнуть, чтобы появилось побольше воздуха и чистоты – но это все только мешает, создает необработанные углы, о которые вечно бьешься, пока читаешь. Священник появился и не пригодился, внебрачные дети вдруг под конец вывалились в сюжет как неутопленные котята из ведра, история героини свинцовой гирей висит на сюжете, потому что с ней случилось все плохое сразу, а даже Янагихара позволяла Джуду каникулы в Альгамбре, а главное, при всех своих попытках быть чем-то большим, это все равно по сути своей стандартный, средний готический триллер, написанный как стандартный, средний готический триллер: обкатанными, буквально купленными на вес в литературной икее фразами, сколько ни собирай, все равно выйдет не чиппендейл, а хэмнес.
  23. Elverlys (Häxmästaren #6) by Margit Sandemo (1992) — синий ребенок великого исландского колдуна отправляется на торфяные болота, чтобы воскресить труп отца при помощи волшебного сапфира и по пути сразиться с двухмерным призраком Торквемады.
  24. Christmas at Thompson Hall and Other Christmas Stories by Anthony Trollope (1882) — есть все-таки некоторый предел моей любви к викторианской литературе, и предел этот – коммерческие сезонные рассказы Троллопа, полные бессюжетного сахарина и юных барышень, которые страсть как хотят замуж, но еще хотят, чтобы их поуговаривали. Пожалуй, только заглавный рассказ, в котором героиня в парижской гостинице путает спящего мужа с чужим мужиком и кладет ему под бороду горчичник, хорош в какой-то своей здоровой абсурдности, все же остальное – это немного из серии «как удачно вы тут все наконец-то переженились».
  25. The Westing Game by Ellen Raskin (1978) — не стану даже ничего писать о том, насколько это скучный и бестолковый детектив – возможно, все дело в том, что это не детектив скучный, а мой возраст, но все-таки как же хорошо, что с 1978 года все-таки что-то изменилось, и больше никто не пишет романов, в которых китайцы и одинокие некрасивые женщины становятся объектом для комического выхлопа, а на вредную и умненькую девочку обращают внимание только тогда, когда она сделает, наконец, хорошую стрижку.
  26. Infinite Country af Patricia Engel, читает Inés del Castillo (audio, 2021) — мать: остается в США нелегалкой, хотя очень скучает по Колумбии и мечтает туда вернуться, (и ей ничего не мешает туда вернуться, у нее там любимая мама, домик, бизнес, горы и небо), терпит унижения и насилие, но все ради БУДУЩЕГО ДЕТЕЙ.
    Дочь: интересуется, как стать вебкам-моделью, потому что мать привезла ее в США нелегально и у нее нет документов.
  27. Codex by Lev Grossman (2004) — в целом, это даже неплохой читательский роман, очень атмосферный, и, как все книги Гроссмана, пронизанный особой человеческой тоской по нечеловеческому, по несуществующим книжным мирам с приключениями и куртуазной любовью, о которой, как опять же это бывает у Гроссмана, грезит герой, которому неуютно не в окружающем его реальном мире, а в самом себе, и он торопится при первой же подвернувшейся возможности уйти в прохладную затененную тишь библиотек, средневековых кодексов, квестов, загадок и несбыточной любви, чтобы лишний раз убедиться в том, что можно уйти от бабушки и от дедушки, от работы и от обязательств, чтобы в итоге попасться на зубок самому себе.
    Ну и на фоне всего этого сюжет нитевидный, почти не прощупывается.
  28. Ming Selskabet af Holger Dahl, читает Benjamin Hasselflug (audio, 2021)— датчанин приезжает в Китай, знакомится с красивой девушкой, которая сразу в него влюбляется, разгадывает масштабный заговор, ищет и находит старинную картину, сталкивается с тайным обществом и китайской гэбней, попадает в шаолиньский монастырь, где сразу осваивает боевое дыхание вагиной, в общем – вот и вы тоже говорите.
  29. The Year of the Gadfly by Jennifer Miller (2012) — никогда не пойму романов, в которых взрослые люди под тридцатник исступленно дуют себе в пупки, чтобы не дай бог не угасли обидки и травмы подростковых лет. Нас не любили, нас не принимали, мы были изгоями, и вот мы выросли, а лицом все равно обращены в сторону пубертата, когда нам было важно мнение людей, которых уже десять с лишком лет нет в нашей жизни, — вот какой это роман, отъявленно плохой и нежизнеспособный, и пусть такие романы останутся в этом году, а Франзен и Стивен Кинг живут до ста лет, пожалуйста, и чтобы в здравом уме.

  1. A Natural History of the Senses by Diane Ackerman (1990)
  2. Nora eller brænd Oslo brænd af Johanna Frid, читает Karen Abrahamsen, (audio, 2018) — приходит автор к читателям и говорит: «Здрасте, я написала роман обо всем, что пришло мне в голову, об эндометриозе, о том, как я сталкерила бывшую подружку своего парня и еще о чем-то. Теперь так можно, это называется автофикшен». Читатели (с вежливой заинтересованностью): «Здрасте, а авточитатели у вас есть?»
    На самом деле, я понимаю, чем обусловлен успех этого романа в скандинавских странах: он весь выстроен на тончайшем стебе над скандинавами, который поймут и оценят только сами скандинавы, но эта ирония совершенно не идет на экспорт, ее нет смысла вывозить за границу, как нет смысла, скажем, тащить за границу в переплете серию фейсбучных постов, на 90 процентов состоящих из нарочито непереводимого русского культурного кода. Фрид попыталась немного универсализировать свой роман, добавив в него историю своего лечения от эндометриоза, но склейка, на мой взгляд, получилась грубой и неубедительной: не коллажный арт-монтаж, а аппликация клейстером.
  3. Invitation to a Bonfire by Adrienne Celt (2018) — приходит одна писательница к Набокову и говорит: «Здрасьте», а Набоков ей: «С меня слазьте».
    Роман, в котором русская девочка, чье детство пришлось на революцию и начало 20-х, живет с родителями в Москве в отдельной квартире с центральным отоплением и вспоминает салаты с майонезом. Ее родители гибнут от рук НКВД, а соседку забирают за шутки о товарище Сталине. В 1928 году ее и других русских сирот из детдома увозят в Америку отчего-то на корабле, после чего неведомое министерство сирот оплачивает ее учебу в дорогом пансионе, потому что она, дочь крестьян из Lipetsk, учила английский в школе. После всего этого приклеенный к роману триллер о том, как эта девочка влюбляется в условного Набокова и вместе с ним планирует убить его жену, в результате чего убивает и Набокова, и жену, кажется уже даже не таким идиотским.

Written by BiggaKniga

10 комментариев

Kat

Как я ждала эту подборку! Кажется, сейчас мой список must-read увеличится книг на пятьдесят

Reply
Юлия

Настя, и снова спасибо большое!) Подскажите, пожалуйста: как я понимаю, роман «Лолли Уиллоуз» не переведен на русский с 1926 года? И перекликается ли он по стилистике с повестями Барбары Пимм — в том плане, что это роман о человеке, а не сиропные сопли о счастливом обретении «второй половинки»? Спасибо!

Reply
BiggaKniga

Нет, это феминистическая классика: сатирический роман-притча о том, что одинокую женщину всегда видят ведьмой.

Reply
Oleg Lapshin

Thank you a lot, added quite a few books to read to my already very long to-read list (sorry, no Russian keyboard). Probably you have already written somewhere why you are not using «stars» as in goodreads. Although it a rough guide, it would be nice to have. Sometimes it is difficult to understand from your comments whether you really liked the book or not. Also, you have your own reasons, but it would be more «user-friendly» if at least books in Danish/Norwegian are given separately (to skip them for the most readers). But as I understand you are doing that mostly for fun. So never mind.

Reply
BiggaKniga

Во-первых, здесь есть звездочки — отбивки стоят в начале каждого блока, а список идет от самых хороших книги к самым плохим. Что до того, насколько этот список user-friendly – я о таком никогда не думаю, потому что когда начинаешь подстраиваться под каких-то гипотетических читателей и думать не о книгах и чтении, а как лучше это все подать, так недолго и до продающих текстов докатиться. Я пишу так, как мне нравится, и если кто-то еще готов это читать и находит это полезным – замечательно. Если что-то непонятно, можно задать вопрос, вот и все)

Reply
Мордашка

Настя, я так смеялась))) Спасибо вам, что не забросили сайт!

Reply
ВК

Спасибо опять!!! До слёз хохотал местами Уверен, что полно всего не считал, но удовольствие получил несказанное! ♥️

Reply

Добавить комментарий для ВК Отменить ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.